Митрополит Вологодский и Кирилловский Савва совершил чин на основание храма в честь святого мученика Михаила Трубникова. Здание храма возводится на въезде в с. Молочное г. Вологды.

Это первый в России храм в честь святого судьи. А ведь прошло лишь несколько лет с момента, когда служащие судебной системы начали поиск сведений о жизни Михаила Дормидонтовича Трубникова.

Те подробности, которые стали известны к нашему дню, стали оформляться в 2023 году. Три года назад, в ходе подготовки экспозиций современного музея истории судов региона, и выяснилось, что в Кирилловском уезде жил единственный в России мировой судья, причисленный Русской православной церковью к лику святых.

В данных о нем значились всего две даты – дни рождения и смерти. Председатель Кирилловского районного суда Е.В. Веденина и ее дочь начали генеалогические изыскания, и совсем скоро поиски охватили десятки специалистов, отыскивавших крупицы подробностей из жизни новомученика в разных регионах России.

Как показали архивные документы, он родился в Кириллове в 1855 году, в дворянской семье. С детства мечтал о море, окончил Военно-морское училище, служил на флоте, дослужился до капитана второго ранга.

Но в 1888 году Михаил Трубников оставляет военное дело и заступает на непростую службу участкового мирового судьи в Кирилловском уезде, на которой проявляет особенные твердость, принципиальность, привычку к быстрым решениям и человечность. Его многолетний труд был отмечен орденами Святого Станислава и Святой Анны.

С годами Михаил Дормидонтович все чаще обращался к вере. Именно на его судебном участке располагался Ферапонтов монастырь. Будучи председателем церковно-приходского попечительства, Михаил Трубников не остался в стороне от восстановления обители, начавшегося в 1904 году.

Происшествие, легшее в основу задержания, произошло поздно вечером 11 сентября 1918 года. В Кириллове злоумышленники застрелили председателя местного Совета бедноты и скрылись. Убийство было странным - в городе все друг друга знали, никакого подполья не существовало. Но большевистским властям, движимым декретом СНК РСФСР о «красном терроре», нужна была месть. Месть, от рук которой пострадали даже те, кто не был причастен к преступлению.

И уже 14 сентября арестовали профессора Александра Анисимова (будет расстрелян в 1937-м на Соловках), епископа Кирилловского Варсонофия (Лебедева), настоятельницу Ферапонтова монастыря игуменью Серафиму, нескольких мирян и Михаила Трубникова. Суда как такового не было - следственные дела не сохранились. Решение о казни арестованных приняли в кратчайшие сроки.

В расстрельных списках фамилия мирового судьи была первой.

На расстрел их повели рано утром. По пути к месту казни - кирилловской горе Золотухе - епископ Варсонофий сказал: «Вот и наша Голгофа». До последнего Михаил Трубников держался твердо, не показывая слабости.

Тела мучеников сложили в одну могилу без отпевания. Но грех убийства было не смыть - местные жители видели расстрел, и долгое время приходили на место расправы, несмотря на запреты.

В 1998 году там установили поклонный крест, а позже построили часовню с шестью куполами - по числу расстрелянных.

В 2000 году Русская Православная Церковь причислила кирилловских мучеников к лику святых. Среди них - Михаил Трубников.

В наше время первый святой судья Михаил Трубников стал человеком, чья судьба вызывает повышенный интерес к роли веры в деле служения правосудию. Тематическая дискуссия состоялась в марте 2025 года на базе Вологодского областного суда в рамках научно-исторической конференции «Святые юристы: духовно-нравственные основы профессии». Там же был показан первый фильм, посвященный святому судье, и представлена икона Михаила Дормидонтовича.

В мае прошлого года Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд принял в своих стенах духовно-просветительское мероприятие, посвященное 80-летию Победы в Великой Отечественной войны, отдельный «духовный» блок которого также привлек внимание к Михаилу Трубникову.

За годы изучения дело святого судьи заинтересовало журналистов и общественность, а уважение к Михаилу Дормидонтовичу вышло далеко за пределы его эпохи. Возрождение памяти об этом удивительном человеке – это пример, пожалуй, настоящего чуда, и святая обязанность живых.